Разговор о творчестве Петра Межурицкого как-то недавно уже состоялся,и я
помнится сказал что-то наподобие этого:Межурицкий из племени вчерашних
«семидесятников»,чья ироническая маска не изменила своего выражения.
Между тем вокруг абсолютно иная эпоха, и творчество живого,ныне здравству-
ющего поэта, стало слегка походить на анахронизм.Есть в этом нечто,вызыва-
ющее уважение - остаться собой независимо от обстоятельств.Есть также что-то
старомодное и милое,ностальгическое и слегка наивное.На фоне плотной шеренги
авангардистов Межурицкий способен сойти за светлое пятно:он пишет не вообще,
а «на тему»,как правило сюжетно.Он не из тех,кто решив,что всё мол дозволено,
первым делом ликвидировал собственную мораль.Межурицкий целомудрен в хорошем
смысле,то есть находится как бы в русле русской традиции,испокон чуждой
цинизма.Технически он вполне на уровне,профессионален безусловно.Отчего же ,
однако,при таком изобилии достоинств поэт Пётр Межурицкий может порой пока-
заться не то пресным,не то скучноватым?Ведь он и не поверхностен ,и не бана-
лен,и не фальшив - всего в нём как бы в меру,что в первой,что во второй его
книжках.Боюсь,причина такого ощущения коренится в самой его природе,и с
этим ничего не поделаешь.Уж слишком он ровный и где-то,по большому счёту,
одинаковый.Я прочёл обе вышедшие книжки и не ощутил перемен:стихи об Одессе
мало отличаются от стихов об Израиле - та же форма,тот же размер,та же ирония.
Ну вроде переехал человек на другую улицу,а кроме этого ничего существенного
не произошло.Более того,первая книжка,написанная видимо в результате много-
летнего труда,живее и симпатичнее,чем поспешно вышедшая следом за ней
вторая.Чувствуется,что первая пережита и выстрадана поэтом,а вторая написана
как бы по инерции,при этом сложившаяся манера писать,в которой автор давно
набил себе руку,живёт сама по себе.Она как бы подминает его под себя,заменив
поиск привычкой.Безусловно,легче действовать в знакомом,освоенном тобой
пространстве,но есть тут риск стать рабом собственной системы,получившей
чересчур большую самостоятельность.В этом случае автор,находящийся на опре-
делённой ступени профессионализма,конечно не совершает явных промахов и ниже
некоторого уровня мастерства не опускается.Но одновременно утрачивается
способность к откровению,без чего поэзия немыслима.Мягкая,ироничная манера
Петра Межурицкого,окрашенная лёгкой горечью и диссидентско-еврейским сарказ-
мом в первой книге,гораздо больше располагает к себе,чем суховатая и ровная,
вроде бы профессиональная отточенность и одновременно безликость второй.
Есть тут и ещё одна опасность - опасность окаменевшего классицизма.
Зажатый в рамки собственной системы поэт не только не желает измениться сам,
но и осуждает это в других.Всё,так или иначе отличающееся от его в чём-то
непогрешимой,но холодноватой и бедной чувством схемы,по-видимому должно
вызывать его яростный гнев,что обусловлено его собственным окостенением.
К сожалению,иначе не бывает,а жаль так как не стоит всё же забывать,что
перед нами одарённый поэт,о чём свидетельствуют,скажем,такие стихи:»Какой
бы я бронзовый дом не отгрохал...»,»Ода пальме»,»Люди из глины»,»Паденье
Рима»,»Зазеркалье»,»Мой маленький ужас» и некоторые другие.
В подобной ситуации советовать трудно,но отчего-то кажется,что этот случай не безнадёжный.Талантливый человек Межурицкий,автор хорошей книги стихов «Места обитания»,думаю далеко ещё не покойник в творческом отношении. Может быть,главное,чего ему не хватает,это критическим оком взглянуть на самого себя.