Виталий Кабаков

Поэма с героиней

( эскиз)  

Из ничего - как документ microsoft word -
Он складывал слова, пренебрегая
Обычаем рифмовки окончаний.
А кто-то это называл: стихи.

1.
В тот день был ветер западный. И так,
как  в большинстве стихотворений русских
гуляет, дует, веет ветр, ветрило,
как, впрочем, равно дождь, снега, погоды -
Ну, словом, атмосферные явленья
Переполняют полости поэм,
Вот так и в нашем случае - был ветер
Он ночью начался. И поутру,
когда  пришла пора гулять с собакой,
по улице валялись листья пальм -
как будто бы у пальм бывают листья.-
и дворники с повадками доцентов
сгребали сор, лениво матерясь.

В тот день апрель едва лишь начался.
И в городе его обетованья
Деревья расцветали трех цветов -
Прозрачно-белый, розово-дразнящ
и нежно-красный. Чтоб на  фоне их
заметить розы - нужно было зренье.
И апельсины бились об асфальт.

Привычки из иного бытия
степенно  оттеснялись новым бытом,
поскольку были не нужны. Взамен
не требовалось ровно ничего.

Он шел и не боялся опоздать,
в пути одноязычных горожан
приветствуя поклоном или словом.

А ветер стих, меняя направленье
на южное. И где-то там, внутри
страны, природы, общества, себя,
копилось беспокойство.  Но пока.

День зачинался  повседневно просто.
Так, как компьютер загружает WORD,
А ветер с "мягко" повернул на "жестко".
Растерян и обижен, как подросток
Впервые услыхавший про аборт.

2.
Отвернуться -
И прочь
От орущего рынка собратий,
Как трехлетний - глазенки закрыв -
Вот и нету меня,
Не читая давно 
Никаких, не иных хрестоматий,
Не уча языки
Ни на совесть, ни на ночь, ни дня.

Только, полно,
Неужто и в полдень,
Когда ожареет,
И потребность в воде
Пересилит привычку не пить,
Не посмеет признать,
Что и он, как другие, потеет,
Как вот эти - болеет,
Как те - ухитряется жить.

Равнозначность полов
Унижает отсутствием воли.
Так же как иностранным звучаньем
Неискренен секс.
Если даже при этом
Попробовать боль - но не боле,
Но не больше чем доктор
Пропишет за каждый присест.

Он хотел оставаться собою
Самим где бы ни жил,
С кем бы ни жил, 
Кого бы ни нежил,
 каким бы ни был.

А весною по-ближневосточному,
Светлой и свежей
Ни к чему размышленья
Достало бы влаги и сил.

3.
И она  возникает как раз в третьей части, 
вот так
третий тост - за любовь! - 
как когда-то в какой-то компании,
предусмотрена  ли, предугадана кем-то 
заранее,
разглядишь ли в горящем кустарнике 
посланный знак.

Непохожа на всех из пропущенных будней 
и тел,
в облегающем чем-то, зеленом, 
а может быть синем,
взгляд - не виден цвет -  глаз, терпелив, 
хлопотлив и наивен.
А потом - сразу грудь. 
И уже захотел, захотел.

И она отвечает.  Она говорит. И она
номера телефонов дает, и запомнилось имя.
Если вдруг и случится случайное - 
только не с ними.
Если выпить - то белого полусухого вина.

А накопленный опыт  своей правотою 
страшит.
Интернет отпугнет за сокрытие 
паспортных данных.
За действительных часто сдавать 
приходилось желанных.
Так финал не прикроет обрезанной плотью 
семит.

Но возникла она. И уже не поможет "delete".
Летом в наших краях под одною простынкой
 не сладко.
Без кольца, без конца трудно ножницам - 
вот и загадка.
Если нечего резать - то нечего, 
значит делить.

4. 
Мама видела эту улицу
Над которой смыкают кроны
Бенгальские фикусы.
Это такие большие деревья.
Из их веток свисают отростки-корни.
Если их не подстригать,
Они врастают в почву,
Образуя новые стволы.
Как в сказочном лесу.
Маме понравилась улица.

А теперь
Только голос мамы
Которой уже нет.
Только как же мамы
Может уже не быть.

Если нет мамы -
Значит и сына нет.
Если нет мамы -
Чей же тогда сын.

5. Тема золотой рыбки.
Она в прошлой жизни смущалась 
надеть джинсы,
поскольку  узнала все о своем теле.
Так неким очки идут, но глаза щуря
они до поры стараются обходиться.

Она научилась, зато так носить юбки,
как в наше время почти, что никто не носит.
Фасон, материал, расцветка, длина, лекала,
Ей были впору, к лицу, к настроенью, 
к жизни.


Что происходит с женщиной в части света,
В отрезке времени, в ограничении воли, 
В квартире купленной в долг,  
в городке у моря,
В стране, что не с руки называть 
государством.

Она от того устала - а этот хуже,
Она до того не знала -  а все ж хотела,
А если форма тела - всего лишь - форма,
Так пусть уж будет добротно по мерке сшита.

И вот она приучила глаза и голос,
Фигуру, грудь подчиняться себе только.
Она уже состоялась в семье и сыне.
Она уже застоялась  в своем доме.

Такой он ее застал в один день будний,
Средь многих других говорящих 
мужчин и женщин,
Не вспомнить не цвет волос, ни слова, 
ни месяц.
А после она направилась в сторону моря.

И он пошел вслед за нею тогда к морю,
Чтоб только узнать, как снимает она платье:
Согнувшись - вверх, или - выгнувшись - 
вниз скинув.
И кем обратиться  ткань заменив на кожу.

Но только она, не дойдя до берега моря,
Всего чуть-чуть, каких-нибудь ста метров,
Присев на скамью, принялась 
за чтение книги.

И он ушел. И ее с этих пор не встретил.
6.
Ты откуда взялась в этой избранной Богом
 земле?
(Здесь уместно заметить, что избранность -
 вовсе не выбор,
как  набор из людей, 
составляющих некогда табор,
государство воздвиг в этой, 
взятой отдельно земле). 

Чем ты занята здесь, 
сколько платишь за хлеб и за кров?
(Говорить о деньгах в эмиграции 
вовсе не стыдно,
проживая сквозь будние дни равномерно 
и стадно,
сберегая для праздников толику 
родственных слов).

Что взяла ты с собой, 
кроме пены текучих волос?
(Море, вечер, отлив и волненье, два балла, 
не боле,
и на кромке волны собираясь, сбивается море 
в беспощадную пену, твоих  -  только -  
цвета волос).

7.
А когда он освоил простейший набор 
инструментов,
Оказалось, что знанье не в силах противиться 
слову.
Он доверчиво имя и собственность 
взял за основу,
Не приняв во вниманье различье судьбы 
и момента.

Завязав с питием алкогольных напитков 
на время,
Не в связи со здоровьем, не по произволу, 
не на спор,
Он решил, что чем быть просто членом
одной из диаспор,
Лучше уж подобрать по прозванью 
отечества племя.
  
Так и с женщиной, даже с любимою, 
даже в процессе,
Скучно вовсе без страха, без робости, 
без недостатка
Если даже не времени, 
по крайней мере, порядка.
И не все ли равно, кто кого перегнет, 
перевесит.

Так лукавую мудрость постигнув,  
не мудрствуй лукаво, 
Победишь ты потребность, но вряд ли,  
одержишь победу.
Также как рукоблудие не обеспечит свободу.
Привыкай жить в условьях, дружок, 
прецедентного права.

В просторечьи одежд, 
коль хранить собираешься личность,
Пребывая аж с той стороны 
Средиземного моря,
Не забудь паруса, что "…с волнами 
и ветрами споря…"…
Неприкаянность здешняя некогда звалась: 
античность.

7.  Тема Персея. 
 				  "Что Троя вам…"
Осип Мандельштам

Что тому Андромеда, кто видел Горгоны лик,
Кто змеиный локон ласкал на сухих губах,
Обернешься камнем - а ну, 
как  рассказ правдив.
Отразишься в зрачке зрачком 
и увидишь страх.

Так выхватывай,  задом пятясь,  
из ножен меч,
Так лови отраженье зеркальным щитом, 
храбрец,
Так сруби эту голову от  слегка полных плеч,
И реши, что,  запрятав в мешок, 
победил,  наконец.

С глаз долой глаза, убеги, 
скройся прочь от глаз,
Наступает эра привычных мирских услад,
Унесет тебя верный, оседланный твой Пегас,
От заморских чудищ спасать 
распрекрасных баб.

Только вечнозеленый зрачок снится вновь 
и вновь, 
Заставляет горгоний взгляд камнем 
плоть застыть,
И тогда сочетание вкрадчивых букв: любовь,
Вспоминаешь под утро. 
И страшно глаза раскрыть.